Первые упоминания фамилии Покидов
Самое раннее документальное свидетельство, прямо связанное с основой фамилии «Покидов», в представленных материалах относится к концу XVI века: упоминается «Покид Дмитриевич Кученев из Рязани» под 1597 годом. Это не фамилия в современном виде, а личное имя/прозвище «Покид», фиксируемое как часть именования конкретного человека. Тем не менее именно такие записи считаются ключевыми для «первого появления» будущих фамилий: они показывают момент, когда прозвищная основа уже функционирует в официальной письменности и может стать базой для наследственного родового имени.
Формула записи («Покид Дмитриевич…») характерна для допетровского делопроизводства: указывается личное имя/прозвище и отчество, иногда — прозвание или принадлежность к месту/роду. В данном случае важны сразу два обстоятельства: во‑первых, основа «Покид» уже устойчива и распознаваема; во‑вторых, она связана с конкретной территорией — Рязанью. Это позволяет предполагать, что одна из ранних зон бытования прозвища, а затем и фамилии «Покидов», могла быть связана с Рязанским краем.
Дальнейший шаг — превращение «Покид» в фамилию «Покидов» — в источнике дан как прямое словообразовательное следствие: «Покид — от покидать. Покидов». В реальной практике это обычно означало, что в следующем поколении (или через одно-два) потомков человека по имени/прозвищу Покид могли записывать «Покидовы», особенно когда возникала необходимость фиксировать наследственные права, службу, владение или устойчивую родовую идентичность. Таким образом, фиксация 1597 года выступает опорной точкой для реконструкции появления фамилии как наследственного имени в ранненовременную эпоху.
Более ранних датированных упоминаний именно «Покидова»/«Покидовых» в предоставленных выдержках нет. При этом в том же документальном контексте встречаются родственные по корню антропонимы, показывающие, что «гнездо» было продуктивным уже раньше: например, зафиксирован «Покидыш Василий Васильевич Левашов» в документах XV века. Это не прямое упоминание фамилии «Покидов», но важное свидетельство: семантически и словообразовательно близкие прозвища с корнем «покид-» бытовали в письменной традиции минимум на столетие ранее, что делает появление «Покида» к 1597 году частью более широкого исторического процесса формирования прозвищ и фамилий.
Еще одна важная фиксация, иллюстрирующая распространенность того же словообразовательного ряда, относится к XVI веку: в документах Соловецкого монастыря упоминается купчая 1563 года, где фигурирует «Антипа Иванов сын Покиткин». Здесь снова нет «Покидова», но есть производная фамильная форма («Покиткин»), которую источник прямо выводит «от Покид, Покидыш» через промежуточную форму «Покитка». В совокупности это показывает: к середине XVI века в деловой письменности уже устойчиво фиксировались фамильные образования из данного корня, а к концу XVI века — и сама основа «Покид», из которой непосредственно формируется «Покидов».
Наконец, в более позднее время фамилия уверенно присутствует в новейших источниках персоналий: в предоставленных данных перечислены современные носители (например, Александр Павлович Покидов, 1923–1991; Сергей Алексеевич Покидов, р. 1967; Максим Петрович Покидов, р. 1989). Эти сведения подтверждают непрерывность бытования фамилии в XX–XXI веках и ее географическую «вписанность» в центральную Россию (в частности, упоминаются Липецкая область и Липецк как места, связанные с биографиями носителей). Хотя такие данные относятся к новейшему периоду и не заменяют ранних актовых фиксаций, они дополняют картину распространения фамилии после ее исторического оформления.