Откуда произошла фамилия Кун и что она значит
Фамилия «Кун» относится к числу очень кратких (односложных) фамилий, и потому она особенно «многокорневая»: один и тот же современный вид может возникать в разных языковых средах и разными путями. В представленных источниках фиксируются как минимум две крупные линии происхождения, которые следует различать: (1) тюркско-татарская (семантика «день/солнце») и (2) кавказская (абхазо-абазинская), где «Кун» выступает как форма родительского (патронимического) имени/обозначения.
Наиболее содержательная в ономастическом смысле версия связывает «Кун» с тюркским словом kun «день; солнце; радость». Это толкование прямо приводится в исследовании по татарскому (булгаро-казанскому) именослову, где говорится об имени от тюркского слова «Кун» со значениями «день, солнце, радость». Такой корень широко продуктивен в тюркской антропонимии: он выступает как самостоятельная основа имени и как компонент сложных имен (ср. модели «корень + титул/эпитет»), что делает возникновение прозвища/имени «Кун» вполне естественным в среде тюркоязычного населения и в контактных зонах Русского государства.
Эта тюркская этимология хорошо согласуется и с более широкими наблюдениями по именам народов Сибири и Дальнего Востока: там отдельно отмечено, что корякское слово «кун» означает «солнце», а в татарском языке «кун, кунак» соотносится с тематикой «женщина/гость» (в тексте приводятся сопоставления значений как свидетельство древних контактов и семантической многозначности корней). Для фамилии «Кун» важно не столько конкретное этнографическое сопоставление, сколько сам факт: корень кун в ряде традиций связан с солярной символикой и жизненным циклом («день», «солнце»), а значит мог становиться именем, прозвищем или основой для именования рода.
Вторая по ясности версия дана на материале абазинского (абхазо-абазинского) именника. В словаре/сборнике по абазинским фамилиям и именам рядом приводятся формы «КІвын (Кун)» и «КІвына (Куна)», причем подчеркнуто, что «КІвын и КІвына — одно и то же», и отмечено: «Родительское». Это указывает на патронимическую природу: «Кун/Куна» в данной традиции — не просто слово, а имя/обозначение, связанное с родительской линией (то есть маркер происхождения «от такого-то», «принадлежащий к роду/семье»). В русской записи и при последующей паспортизации такая форма могла закрепиться как неизменяемая фамилия «Кун».
Отдельно стоит подчеркнуть, что краткость формы «Кун» способствует ее «выравниванию» при переходе между языками и письмами: различные по происхождению основы (тюркская kun, абазинская кІвын, и иные омонимичные корни в соседних традициях) на русской графике легко сходятся в одно написание. Поэтому в реальных родословиях однофамильцы «Кун» могут не иметь общего предка: в одних случаях фамилия будет «солярно-тюркской» по исходному имени/прозвищу, в других — кавказской патронимической.
Наконец, важно учитывать и вторичные пути закрепления фамилии в русскоязычной среде. Когда краткое имя/прозвище «Кун» становилось устойчивым родовым обозначением, оно могло фиксироваться как фамилия без дополнительных русских словообразовательных формантов (в отличие от производных моделей типа -ов/-ев/-ин). Косвенно о наличии таких словообразовательных «ответвлений» в русских регионах говорит пермский материал: рядом с основой «Кун(ь)-» фиксируются производные фамилии типа «Кун(ь)кин», выводимые от неполного имени «Кунька»/«Кунь» или прозвища «Кунка». Это показывает, что в русской документации близкие по звучанию основы могли развиваться двумя путями: либо сохраняться в виде краткой фамилии «Кун», либо оформляться русскими суффиксами как «Кунькин» и т. п., что важно для поиска вариантов записи в источниках.
Таким образом, фамилия «Кун» в представленных данных объясняется прежде всего как (а) отражение тюркского имени/прозвища со значениями «день/солнце/радость» и (б) русская передача абазинской патронимической формы «КІвын/КІвына» («родительское»), закрепившейся как фамильное имя. Эти линии не противоречат друг другу, а описывают разные историко-языковые «точки входа» фамилии в письменную традицию.
