Первые упоминания фамилии Фотеев
Самые ранние документальные фиксации, где присутствует именно форма Фотеев (как отчество/патроним), относятся к уральскому материалу середины XVII века. В «Уральском историческом ономастиконе» А. Г. Мосина указан Кондрашка Фотеев Шуварской, ямщик Тагильской волости, зафиксированный переписью 1666 года. Это самое раннее упоминание носителя с компонентом «Фотеев» в предоставленных данных.
Следующий важный пласт ранних упоминаний связан с Севером. В «Народном именослове Русского Севера XV–XVII веков» встречается запись переписной книги 1677 года: «Сенка Фотеев Сласнуха» в дер. Кузьминская (Большой Двор) Ивановской волости Устюжского уезда. Здесь «Фотеев» выступает как отчество/родовой показатель при прозвище Сласнуха; сама фиксация важна тем, что показывает распространение имени/патронима Фотеев не только на Урале, но и в устюжской зоне Русского Севера.
На рубеже XVII–XVIII веков уральские источники дают уже более широкую географию формулы «Фотеев сын». В материалах Мосина среди переселенцев и крестьян Красноярской слободы на р. Пышме упомянуты Ивашко Фотеев сын Южак (учтен 1680) и его брат Крисанфейко Фотеев сын Южаков (запись о поселении в 1674/75, фиксация в переписном материале того же массива). Эти примеры показывают, что «Фотеев» в тот момент еще функционирует как отчество, а не как устойчивая фамилия, но именно такие записи и являются стадией формирования фамилии.
Далее, по данным «Словаря пермских фамилий», в Прикамье и Перми фиксируются уже фамильные/квазифамильные формы Фотиев / Фотеевых / Фотиевых, при этом статья прямо указывает, что ФОТЕЕВ и ФОТЕЕВЫХ следует рассматривать в одном гнезде с Фотиев. В числе ранних носителей названы, в частности, Коземка Фотеевых (житель Губдорского стана, 1682) и Трошка Фотиевых (житель погоста «На Фотиеве Дуброве», тоже 1682). Эти фиксации важны тем, что показывают множественное число «-ых» как уже почти фамильное обозначение двора/семьи.
В XVIII веке в пермском материале продолжаются записи крестьян с этой основой: Пимин Козьмин сын Фотиев (крестьянин погоста Фотиева Дуброва, 1711), затем Никита Ермолин сын Фотиев (крестьянин д. Рагозинская, 1762) и Илья Ермолин сын Фотиев (крестьянин д. Ошмарина, 1782). Хотя в цитате базовой формой чаще выступает Фотиев, сама статья подчеркивает тождественность гнезда с вариантами Фотеев/Фотеевых.
Для конца XVIII века в том же словаре есть пример записи в городском контексте: Иона Фотеев сын Гуляев, житель г. Перми, 1795. Здесь «Фотеев» снова выступает как отчество, что показывает устойчивость патронимической модели в документах даже тогда, когда наследственные фамилии уже активно закреплялись.
Таким образом, в предоставленных данных видна и хронология, и региональная «вилка» ранних упоминаний: Урал (1666) — самое раннее, затем Русский Север (1677), затем массовые фиксации Прикамья и Урала конца XVII–XVIII вв. как в крестьянской среде, так и у ямщиков и горнозаводского населения.
